Дан Бэлан жалеет, что Вера Брежнева замужем (ФОТО)

Дан Бэлан Прошлый год стал для Дана Балана сверхуспешным.

«Религия — неописуемая, однако она — замужем!»

3 года назад бессарабский бойз-бэнд «O-Zone» настолько же очень быстро, сколь и разительно, повысился на музыкальный олимп. Вся Европа пела их бестселлер «Dragostea Din Tei». Затем трио разделилось: его лидер Дан Балан ушел в Америку. 4 года о нем почти ничего не было видно, когда мир изрядно подзабыл о музыканте, он принял решение припомнить о себе. В настоящее время его песни снова на верхушках всемирных чартов, а дуэт с Верой Брежневой посеял волну слухов о собственной жизни солиста.

Прошлый год стал для Дана Балана сверхуспешным. Песни «Chica Bomb», «Justify Sex» и дуэт с первой красоткой нашей эстрады Верой Брежневой — «Лепестками слез» — заняли первые строки отечественных радиочартов, сам же артист стал хедлайнером процедуры вручения музыкальной премии «Муз-ТВ» — для актера, лишь открывшего собственную сольную карьеру, достижения импозантные. Его имя до сегодняшнего дня объединяют с наименованием прежней компании — пока о ней рассказывают в любом интервью, которое дает Балан. «К слову, не многие знают, что «Озонов» было 2, — сообщает Дан. — Мы распевали совершенно иные песни. В Молдове нас весьма обожали».

Как большинство артистов, первую собственную команду Балан собрал еще в школе. Посила название она не много не мало «Правитель». «Играли мы, разумеется, совершенно не по-императорски, — хохочет музыкант. — Затем я еще сообщал музыку в образе с непонятным наименованием «дум-готик-металл». Любая песня продолжалась по 12 секунд, там были хоралы, какие-то бесовские звуки — в целом, музыка не для всех. Я тогда обучался в юридическом институте и когда-нибудь осознал, что больше не могу ежедневно до 2-ух ночи репетировать, а утром идти на лекции. Настало время выбирать, кем же я все же буду: адвокатом либо музыкантом. Я избрал 2-ое, о чем ни капли не сожалею». Опекуны Дана выбор сына не подтвердили. Отец, Михай Балан, политик по специальности, не осознавал, как можно кинуть такой весомый высшее Учебное Заведение и заняться музыкой. Мать — знаменитая в Молдавии телеведущая Елена Балан — хотя и работала очень много лет в области развлекательного ТВ, возлагала надежды, что ее сын не будет объединять собственную жизнь с шоу-бизнесом. «В детстве меня дали в музыкальную школу — я играл на аккордеоне. Однако тогда были иные реалии: Кишинев считался благоприятным русским мегаполисом, и семья у меня была далеко не бедная, отец довольно часто колесил в командировки, мать вообще легенда ТВ. Продолжительное время она проводила бессарабский пример передачи «Смирной ночи, дети!», и вся республика именовала ее не по-другому как «танти Лудмила» — женщина Люда. Опекуны, разумеется, видели, что музыка меня занимает (я начал писать ее еще в 10 лет), но также и задуматься не могли, что она будет моей специальностью. К тому же рассказал я им о собственном избрании в 1997 году, когда ни одной эстрадной звезды в Молдове еще не было и музыкантом можно было быть, или играя в симфоническом оркестре за 10 долларов США в месяц, или на свадьбах. И тот и другой виды значили в конечном итоге нищенство и недоедающую гибель. И здесь я докладываю им, что оставляю для музыки весомый юридический институт, в который только-только поступил. Разумеется, у них был удар!» Однако Дан все же стоял на своем. Достаточно оперативно осознав, что грустная команда, которая может в любом случае скопить сотню созерцателей в каком-то нестоящем клубе, это далеко не то, чего он желает, Дан расформировал артистов и принял решение сделать собственный бойз-бэнд — тогда такие команды были на волне известности. «Первый состав «Озона» пользовался большим триумфом в Молдове, альбомы реализовывались влет, мы обкатали с гастролями всю страну. Однако далее дело не пошло, а мне весьма желалось, чтобы о нас узнали вне страны». Покорение Европы артист принял решение начать с располагающейся рядом Румынии. Дан расформировал компанию, сообщил свежие песни, провел кастинг (избрал из нескольких сотен соискателей 2-ух юных и привлекательных мужчин) и в конце концов показал аудитории свежий «O-Zone». «Я вписал альбом, снял клип, дело оставалось за малым: было надо сделать так, чтобы румынские музыкальные начальники взглянули мой источник. Я понимал, что большие звукозаписывающие организации приобретают тонны демо-кассет ежедневно и возможности на то, что из данной кучи найдут и послушают как раз мой диск, — микроскопически малы. И я пошел на ловкость: просил собственную мать, неописуемо броскую девушку, дать диск в руки консультанту. Был уверен, что он в обязательном порядке интересуется, что за музыку сообщает такая красавица. Так и получилось. Надувательство, разумеется, оперативно открылся, однако источник был так неплох, что это не имело никакого значения: мы начали работать с данной организацией». А в скором времени Дан сообщил известную «Dragostea Din Tei», которая 12 месяцев додержалась на 1-м месте в азиатском хит-параде, и в настоящее время, двадцать с излишним лет спустя, до сих пор звучит на многих танцевальных площадках Европы. Подростки из Кишинева в вмиг стали азиатскими звездными телами со всеми аналогичными признаками: крепким гастрольным графиком, кричащими фанатками и невиданными продажами альбомов. Дан отнесся к ажиотажу вокруг собственных песен на изумление легко. «За 3 года до данного я обрел производительную прививку против звездности. Прошлый «Кислород» был весьма известен в Молдове, нас встречали восторженными криками всюду, в какую бы сторону мы ни прибыли. Мне было 19 лет, и я принял решение, что теперь все, к чему я прикоснусь, будет автоматом преобразовываться в золото. Телефонный аппарат в моей квартире названивал днем и в ночь, на автоответчике ежедневно накапливалось по сто 50 известий от почитательниц. Однако после того, как я назвал, что распускаю компанию и беру тайм-аут, звонки оперативно вышли на нет. Я, положа руку на сердце, был в ударе от того, как недостаточно времени пригодилось, чтобы меня позабыли. Однако с того времени весьма легко отношусь и к успехам, и к бедам». 2-м иным участникам распространенного трио — Арсению и Раду — понадобилось намного труднее. Они были совершенно неискушенными, юными актерами (Мужественный попал в компанию, не поспев даже завершить школу), и итог был вполне предстоящим. «Это традиционная картина: создатель берет стандартного подростка, через 2 года тот становится интернациональной звездой, и все девичьи визги «Я тебя обожаю!» получает лишь на собственный счет, не помышляя о том, что львиная доля награды в данном — продюсерская. В команде стартовали инциденты. Я бы не планировал, чтобы кто-то полагал, что разрушение «Озона» — это только вина Арсения и Раду, мое несколько распухшее продюсерское эго также сыграло роль, однако в любом случае после 7 лет деятельности компании «Кислород» не стало».

Простившись с компанией, Дан принял решение, что настало время несколько передохнуть. Он ушел в Лос-Анджелес, где 2 с излишним года сообщал рок-альбом. «Я с детства хотел вписать альбом, похожий по звуку на то, что делают мои идолы — команда «Metallica». Сообщал я его для души и реализовывать не рассчитывал, поскольку осознавал — от меня ожидают совершенно другой музыки». Выполнив грезу и накопившись сил, Дан пришел на поп-сцену сольным исполнителем. Не прошло и 2-ух лет, как его имя снова замелькало в чартах, а дуэт с Верой Брежневой посеял волну слухов о собственной жизни артиста. «Я длительное время хихикал, когда разбирал в золотой СМИ, что мы с Верой за время действия над песней «Лепестками слез» разве что не поженились. Абсурд! Религия — неописуемо прекрасная девушка, хороший человек, однако она замужем, а для меня это непорочное. Не говоря о том, что мы и виделись-то всего 3 раза, преимущественно посылали друг дружке запись наших голосов по Сети-интернет. Впрочем, в процессе работы над клипом нам понадобилось потрудиться совместно. Как правило на съемочной площади я все контролирую: деятельность режиссера, оператора, даже устанавливаю временами сам. А здесь вдруг угождаю на съемки собственного же клипа, где распоряжается другой человек, особенно девушка. «Дан, ты ошибочно находишься, нуте стань как-то иначе!» Интересные были чувства». Повенчаться в скором времени Балан не планирует не только лишь на Брежневой, но также и вообще на ком бы то ни было. Работы у солиста столько, что о любви он сообщает только в прошедшем времени. «Наибольшая любовь в моей жизни произошла, когда мне было всего 16 лет. Мы обучались в одном классе, импонировали друг дружке, однако объясниться так и не смогли — моего папу установили послом Молдовы в Израиле. Я не вспоминаю, как намеревался, как откланивался с товарищами… Опомнился в Тель-Авиве. Там все заявляли лишь на иврите, в крайнем случае по-английски. Мне с моим русским, румынским и французским даже словечком не с кем было переброситься. Первые 2 месяца не выходил из дома, мучился и придумывал печальные песни…» На каникулы Дан пришел в Кишинев, и стартовало самое магическое лето в его жизни.

«Мы всем классом метнулись на море, в Румынию. Представьте — лето, море, горы, товарищи и возлюбленная женщина… Мы с ней в конце концов разъяснились, и у нас стартовал прекрасный роман. Однако каникулы завершились, и меня обхватило еще большее уныние — отныне я уходил не только лишь от приятелей, но также и от излюбленной. Мы переписывались и перезванивались, дважды ежегодно встречались. В 18 лет я закончил школу и пришел в Кишинев. Однако стал на долгое время уходить в Румынию работать. Она снова меня ожидала, однако, как досадно бы это не звучало, отношения равномерно уничтожили себя: мы расстались…» В собственной квартире в самом центре Нью-Йорка Дан проживает 1. «Манхэттен был выбран , как только я осознал, что хочу остаться в данном городке. Свой автомобиль в Нью-Йорке иметь нерентабельно и неразумно, все выезжают на такси. Чтобы не терять на перемещения по городу очень много времени, я вселился в центре. В конечном итоге любое утро вижу из окна собственной квартиры на 20 5-ом этаже одно из высочайших и прекрасных построек во всем мире — Эмпайр-стейт-билдинг. Окна от пола до потолка дают возможность смотреть за мегаполисом, сидя на диване в гостиничной и покоясь в постели». Тем не менее, рабочий график у Дана в настоящее время так крепкий, что в собственной излюбленной квартире на Манхэттене за прошлый год он провел от силы 5 лет. Со слов артиста, он — человек мира. «Я смог жить в Молдове, Румынии, Израиле, США… Повсеместно ощущаю себя прекрасно: в Италии и РФ, куда заезжаю работать, в Греции, где в настоящее время проживают мои опекуны. Однако странно: места, где я чувствовал бы себя на самом деле дома, пока нет. Вполне может быть, время не пришло…»

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *